Что Обама пишет Путину?

Author: us-russia
Comments: 0
Что Обама пишет Путину?
Published 21-01-2013, 08:14

Алексей Пушков

Начинается второй президентский срок Барака Обамы. О том, какие надежды и тревоги в сфере отношений России и Америки связываются с этим, «МК» поговорил с главой Комитета ГД по международным делам Алексеем ПУШКОВЫМ.
— Надежды в последнее время связаны с закрытым письмом, которое помощник президента США по нацбезопасности Том Донилон должен привезти в Москву после инаугурации Обамы. Но, на мой взгляд, каким бы ни было это письмо, и какими бы ни были личные намерения Обамы, больше оснований для тревог, чем для оптимизма. При этом не исключено, что на личном уровне Обама может найти общий язык с Путиным. Хотя с самого начала, как мы помним, контакт не сложился: Обама сделал весьма нетактичное заявление, сказав, что «одной ногой Путин стоит в прошлом» и фактически противопоставил Путину Медведева, которого назвал современным лидером, с которым у него, мол, полное взаимопонимание. И это, конечно, не помогло их отношениям. Сейчас президент США должен нейтрализовать этот неудачный шаг и наладить как минимум неформальный контакт со своим российским коллегой. И до известной степени у него это может получиться.

 

Но почему при такой перспективе для тревог все же больше оснований? Дело в том, что Обама является заложником целого ряда неблагоприятных обстоятельств, которые ему будет крайне сложно преодолеть.

Первое: «закон Магнитского» привел к серьезному кризису в отношениях России и США. Негативный шлейф от этого закона будет сохраняться еще какое-то время. Можно также предположить, что российская либеральная оппозиция, постоянно апеллирующая к США, будет пытаться расширять «список Магнитского» с целью сведения счетов со своими политическими противниками здесь, в России. Следует учесть, что «закон Магнитского» — довольно хитроумный шаг американских правоконсервативных сил по сдерживанию Обамы в деле сближения с Россией. Его цель — не дать Обаме «заиграться в перезагрузку». Это политическая удавка, которую противники Обамы будут периодически пытаться затянуть на шее его администрации.

Второе обстоятельство связано с ЕвроПРО. То, что Обама обещал Дмитрию Медведеву в Сеуле во время их знаменитого подслушанного разговора, а именно: проявить больше гибкости в вопросе о ПРО после своего переизбрания, — мне кажется трудновыполнимым. Возможности Обамы здесь довольно ограничены. И хотя представители Демократической партии и американские дипломаты уверяют нас, что Обама как президент может пойти на значимые шаги, уверенности нет. В частности, потому что в американском Конгрессе создана обстановка истерии вокруг всей темы ПРО.

Вспомним, как конгресс в течение нескольких месяцев не утверждал Майкла Макфола послом в Москве, обвиняя его в том, что он будто бы предлагал предоставить России «секретные данные» о запусках американских противоракет. Эти данные у российской стороны и так есть, мы их получаем с помощью наших собственных средств слежения. Макфол лишь предлагал — в качестве жеста доброй воли и чисто символического шага — дать нам те данные, которые у нас и так имелись. И это было объявлено «пророссийской позицией», чуть ли не подрывающей безопасность США! В такой обстановке не вижу, как Обама будет проявлять обещанную гибкость, тем более что его критики весьма сильны.

Обратите внимание: Обама не решился поставить перед конгрессом вопрос о том, чтобы «закон Магнитского» не был выборочно направлен против России. У Обамы была возможность поговорить с авторами законопроекта и предложить им принять закон в сенатском варианте, который предлагал вводить санкции за нарушения прав человека не только в отношении России, но и всех стран, где это, на взгляд США, происходит. В этом случае в законе не было бы исключительно антироссийской направленности. Но Обама не пошел по этому пути, хотя и мог, поскольку решил не спорить с конгрессом по этому вопросу. Это показывает, что хотя для Обамы Россия важна, но не настолько, чтобы ссориться из-за нее с конгрессом.

Наконец, сильнейшим раздражителем для двусторонних отношений остается ситуация в Сирии. Причем, заявив, что Асад должен уйти, Обама отрезал себе пути к отступлению. Теперь ему нужно добиваться этого ухода во что бы то ни стало — либо путем поддержки вооруженной оппозиции, либо путем интервенции. Однако внешняя интервенция сегодня в Сирии не просматривается. После того как Франция отправила свои ВВС в Мали, маловероятно, что она решится на военные действия в Сирии. Немцы туда не пойдут, британцы тоже не рвутся. В этих условиях и Обама вряд ли будет расширять зону военных действий также и на Сирию. А значит, речь идет о затяжном конфликте в этой стране, что еще долго будет негативно сказываться на наших отношениях с США. Мы помним жесткие нападки на нас по сирийскому вопросу со стороны Сьюзан Райс и Хиллари Клинтон. Правда, сейчас приходят новые фигуры...

— Да, Обама прочит в госсекретари Джона Керри, а на пост главы Пентагона Чака Хэйгела. Чего ждать от их прихода?

— С точки зрения взаимодействия Москвы и Вашингтона, приход Керри и Хэйгел — позитивный фактор. Керри — прагматически настроенный политик, Хэйгел тоже. Но по Сирии вряд ли их появление может что-либо изменить. США заняли слишком крайнюю позицию, чтобы они могли отойти от нее. Маневры будут, но ни при каких обстоятельствах президент США уже не откажется от требования ухода Асада. И я не вижу, как Керри и Хэйгел могли бы повлиять на эту позицию.

И последний момент: какие бы предложения ни содержались в письме Обамы (а в нем могут быть, например, предложения о новых соглашениях в области контроля над вооружениями или обещания не мешать России в тех странах, которые с ней граничат и где у России есть значительные интересы), по всем остальным пунктам возможной повестки дня Соединенные Штаты и впредь будут пытаться навязать нам свой подход скорее, чем искать компромисс. И по ПРО, и по Сирии, и по Ирану. Здесь у нас общая цель — не допустить появления у иранцев ядерного оружия, но разные методы: мы вообще исключаем военный метод, а американцы его рассматривают, и всерьез. Да и по Грузии: возможно, администрация Обамы и не будет пытаться спешно включить ее в НАТО, но стратегическая цель приема Грузии в альянс сохраняется.

Таким образом, Обама может лишь предложить некую общую платформу, чтобы снять напряженность, возникшую в отношениях с Россией к концу его первого срока. Но стратегически США будут по-прежнему упорно отстаивать «американское лидерство», т.е. доминирование в современном мире. А именно с таким доминированием Россия сегодня уже не хочет мириться.

— Но значит, у Америки есть потенциал и инструменты для лидерства и гегемонии...

— Потенциал США часто переоценивают. Да, это по-прежнему держава №1. Я, кстати, всегда был противником скороспелых умозаключений, будто кризис приведет к падению Америки, что, мол, считанные годы остались до перехода лидерства к Китаю, что доллар скоро рухнет и т.д. У США огромная накопленная мощь. Но это не значит, что США всесильны. Когда министр обороны в администрации Буша-младшего Дональд Рамсфелд говорил, что США могут вести две с половиной войны одновременно: одну на Ближнем Востоке, другую — на Дальнем, и где-то еще участвовать в ограниченной военной акции, и он, и Буш переоценили силу США. Момент истины наступил, когда США завязли в Ираке. Курс Обамы на уход из Ирака и Афганистана показывает, что нынешние руководители США осознают: потенциал Соединенных Штатов не бесконечен.

— И все-таки американское лидерство/гегемония существует — и не только за счет военной мощи, но и за счет «мягкой силы». Но если говорить о России, видите ли вы те сферы, где она могла бы применить soft power?

— Убежден, что такая сфера есть. И касается она международных отношений. На международной арене у России есть важнейший инструмент soft power — это роль балансирующей силы в современном миропорядке, который перекошен в пользу США и их союзников. В силу этого Россия выступает точкой притяжения для очень многих государств, которых не устраивает существующее положение дел, которые не хотят видеть одну державу, правящую миром, а нас рассматривают как естественный балансир. Тем более что мы отказались от коммунистической идеологии. Да, у нас есть недостатки, но свои недостатки есть и у других стран. Учитывая, что Россия — ключевая страна главного континента современного мира с точки зрения геополитики – Евразии, ей принадлежит роль естественного балансира. И, насколько я понимаю, она готова играть — и уже играет — эту роль.

МК

Comments: 0
Experts' Panel
Save the Planet Expert`s Pannel
Presently a growing number of people, including well known and...
Save the Planet Expert`s Pannel
Top
popular in the journal
US naval flag demonstration in...

US naval flag demonstration in...

Russia’s top diplomat thus commented on a decision by the US Sixth Fleet to send its flagship, command and control ship USS Mount Whitney to the Black Sea for joint ...
Russia, US Understand Need for...

Russia, US Understand Need for...

MOSCOW (Sputnik) - Russia and the United States understand the need for a meeting of Presidents Vladimir Putin and Joe Biden but an agreement on a timeframe for the ...
Ortega Calls His Victory in...

Ortega Calls His Victory in...

MANAGUA (Sputnik) - Nicaraguan President Daniel Ortega on Tuesday told Sputnik that the victory of his Sandinista Front in general elections is an example for other ...
Could the U.S. Military Gain Air...

Could the U.S. Military Gain Air...

Any potential air attack over mainland China will require aircraft to operate at higher altitudes to avoid being detected.
RUSSIAN FEDERATION SITREP 11...

RUSSIAN FEDERATION SITREP 11...

REMEMBRANCE DAY. I remind Russians that, while D-Day was not the decisive battle of the war, it was not hastily thrown together when it was clear that Germany ...